Причина смерти неизвестна

Видимо, не зря придумано понятие «врачебная тайна», за которым темнота и вакуум. 13-летняя жительница Приморья поступила в районную больницу 7 мая 2011 года с жалобой на боль в ноге. А через несколько часов она умерла. За восемь месяцев причину гибели ребенка специалисты не установили. Об этом пишет «МК во Владивостоке».

Заболела нога

13-летняя Алина любила подвижные виды спорта: зимой каталась на лыжах и коньках, летом играла в волейбол и футбол. 2 мая 2011 года она, как обычно, гоняла мяч с друзьями во дворе, даже не подозревая, что это ее последняя игра. 

Вечером дома девочка пожаловалась на боль в колене правой ноги. И тут же успокоила маму, что ничего страшного не случилось, она не падала. Просто неудачно отбила мяч.  

Наутро Алина как ни в чем не бывало пошла в школу, а в полдень позвонила маме и сказала, что у нее поднялась температура и ее отпустили домой.

На другой день девочку в поселковой больнице осмотрели педиатр М. и хирург П. Врачи выписали какую-то мазь и посоветовали по возможности не тревожить ногу. Однако мазь не помогала. К вечеру у Алины снова поднялась температура, и мама, Елена Валентиновна, вызвала скорую. 

Никаких опасений

Медбрат из неотложки сделал девочке стандартный укол «три в одном» (анальгин, димедрол и но-шпа), чтобы успокоить боль и снять температуру. Эффект от инъекции был, но не долгий. К утру температура вновь резко подскочила, а нога разболелась  очень сильно. И  мама опять вызвала скорую. Алине снова сделали укол и наложили на колено повязку.

— Если будет совсем плохо, везите девочку в Черниговку, — посоветовал медбрат.

Ночью Алине стало хуже, а ранним утром девочку повезли в районную больницу. Ногу Алины осмотрели хирург и детский врач. Ничего серьезного они не нашли, но посоветовали оставить девочку в стационаре детского отделения.

Из хирургии на третий этаж Алина поднялась сама. Она была разговорчива и даже улыбалась.

Диагноз

В районной больнице Алине поставили диагноз «ювенильный ревматоидный артрит» – тяжелое заболевание, чреватое высокой инвалидностью, до 70 процентов случаев. Возможен смертельный исход от инфекционных осложнений и почечной недостаточности.

Тогда Елена Валентиновна не знала таких страшных подробностей, да никто и не предполагал, что все настолько серьезно. Оставив дочь в палате, мать вернулась в Сибирцево, чтобы купить лекарства, которые ей выписали в больнице. И тут домой позвонила  Настя – девочка, которая лежала в одной палате с Алиной, и  сообщила, что Алине стало очень плохо после капельницы.

— Она стала кричать, что не чувствует ножек, — рассказала соседка по палате. —  Пока я искала врача, прошло какое-то время. Доктор сказал, что Алине здесь не место и что ее надо перевести в реанимацию. И Алину увезли.

Врачебные тайны

— По предположению медиков Черниговской больницы, у девочки образовался тромб, который в любой момент может оторваться, — рассказали Елене Перепечиной, когда она приехала в больницу к дочери. И местные врачи начали телефонные консультации с краевыми специалистами.

Между тем, как утверждает Елена Валентиновна, никто никаких анализов у Алины не брал ни в больнице поселка Сибирцево, ни в Черниговской районной больнице. И на каком основании был поставлен такой диагноз, матери тоже не сообщили.

— Меня завели в ординаторскую, там уже сидели три врача, — рассказывает Елена Валентиновна. — Они говорили, что все серьезно, но из их разговора я ничего не поняла. Потом меня вывели в коридор, и я слышала, как Алина плакала, как  кричала, что ей больно, что она уже устала. И только в реанимации у нее начали брать анализы. Это я видела сама.

Вскоре к матери вышла медсестра и сказала, что под свою ответственность проведет ее в палату к Алине.

Это не слезы. Это от жары

Дочь лежала на столе, вся опутанная трубочками. Алина сказала, что стала чувствовать ножки. Она увидела на щеках матери слезы и спросила: «Мама, ты плакала?». Врач, стоявший рядом, сказал, что мама не плакала, это от жары выступили капли пота.

— Мне сказали, чтобы я поцеловала дочь, а потом меня вывели, — сквозь слезы рассказывает Елена Валентиновна. — Я видела, что Алине становится лучше, поэтому  вернулась домой — у меня еще двое детей. Когда же я  позвонила в реанимацию, чтобы узнать, как дела, трубку  долго никто не брал. Потом ответил какой-то врач и сказал, что ситуация осложнилась, но у них все под контролем. И что они ждут специалиста из центра.

Вновь мать начала собираться в поездку к дочери, но не успела. Все тот же мужской голос по телефону бесстрастно сказал:

— Елена Валентиновна, мы вам соболезнуем.

Что было дальше, мама Алины помнит плохо.

Девочку хоронила вся школа. Было много слез и  цветов. Деньги на похороны помогали собирать учителя и администрация школы.

Больше не многодетные

Администрация поселка Сибирцево к трагедии отнеслась не то чтобы безучастно. Смерть ребенка чиновники использовали весьма прагматично – как повод начать требовать выплату долгов и угрожать выселением из квартиры.

Перепечины живут в государственной квартире, доставшейся им после смерти бабушки. Старушка перебивалась с копейки на копейку и накопила более ста тысяч рублей долгов по коммунальным платежам.

До поры претензий к многодетной семье местная администрация не предъявляла. Но, как только Алины не стало, считать семью с двумя оставшимися детьми многодетной чиновники прекратили. Вскоре после смерти дочери Елена Валентиновна получила письмо за подписью главы администрации поселка Сибирцево Владимира Седина. Он требовал срочно оплатить долги, угрожая выселить из квартиры всю семью.

А в конце ультиматума было небрежно написано: «Соболезную».

Кто скажет правду?

Следствие по факту смерти Алины Перепечиной тянется уже восемь месяцев. Причина гибели девочки до сих пор неизвестна.

В Черниговской районной больнице все свалили на ювенильный ревматоидный артрит. В справке о смерти написано, что причина смерти девочки — «остеомиелит правой бедренной кости». А у врачей больницы поселка Сибирцево есть какая-то своя версия. Со слов Елены Валентиновны известно, что  после вскрытия у Алины была выявлена еще и пневмония. 

Медицинскую карту Алины матери не дали под предлогом, что ее может изъять только прокуратура.  

— Моя дочь была здоровой девочкой, — уверена Елена Валентиновна. — Ребенка нет, и никто ни за что не отвечает. А она прошла так много врачей!

Полезно знать!



Вместе с этой статьей читают: