Осужденная в Приморье медленно умирает в колонии без эффективного лечения

Анжеле Бучириной 43 года. Из них 6 лет она уже провела в местах лишения свободы, где ей осталось отбывать еще 2 года и 3 месяца. Но женщина может попросту не дожить до освобождения: у нее целый «букет» болезней, которых «в зоне» замечать не хотят,сообщает saytoday.ru.

Примечательно, что в симуляции зэчку Анжелу Бучирину не подозревает даже начальство колонии – слишком уж явные у нее симптомы болезней, которыми она страдала еще до ареста: не видеть их невозможно, но «закрыть глаза» на них – это запросто. У Бучириной обширный псориаз, псориатический полиартрит (это когда поражены суставы, хрящи и кости), хронический мезотемпанит (болезнь среднего уха), энцефалопатия, пиелонефрит (заболевание почек), плюс – серьезные проблемы по гинекологии. И, наконец, у нее аллергия на лекарственные препараты, вплоть до отека Квинке, и сильно пониженный уровень тромбоцитов в крови, что влечет несвертываемость крови, а следовательно – невозможность хирургического вмешательства, которое, вероятно, может экстренно потребоваться больной.

Нельзя сказать, чтобы тюремная медицина вовсе игнорировала осужденную Бучирину с ее болезнями, вовсе нет. За шесть отбытых за решетками и колючей проволокой лет, Анжелу Бучирину неоднократно обследовали, назначали лекарства, давали рекомендации. Вот и сейчас, например, ей назначены препараты тавегил, аллохол и но-шпа. Осужденная и ее родные, понимая, что возможности тюремной медицины объективно ограничены, и что у нашего государства сплошь и рядом нет ни средств, ни возможностей, лечить за казенный счет даже вполне законопослушных граждан, включая маленьких детей, не говоря уже об осужденных преступниках и следственно-арестованных обвиняемых, ничего у ГУ ФСИН и его медиков не просят. Наоборот, родные Анжелы Бучириной готовы оплачивать ей все расходы на лечение и доставлять в колонию необходимые лекарства… но! Ответы на свои заявления и жалобы, осужденная, ее защитник Сергей Суховольский и ее родные всегда получают однотипные: мол, всю необходимую медпомощь ей оказывают. А женщине все хуже и хуже: прибавились внезапные приступы головокружения, иногда с обмороками, да еще внезапно учащающийся пульс. Да и в официальных медицинских бумагах ГУ ФСИН регулярные нестыковки: то результаты анализов крови не соответствующие истинным показателям, «ошибочные» так сказать, то с диагнозами и назначениями нестыковки, то в больницу ее помещают аж на целые сутки (!) почти: в 2011-м году 13 июля, в пятницу, во второй половине дня привозят, а к вечеру субботы 14 июля уже выписывают… И насчет лекарств родным отвечают: такие препараты больной не назначены, а следовательно – не могут быть приняты администрацией колонии и выданы осужденной Бучириной! Но даже с разрешенными лекарствами посылка «в зону» может пролежать невостребованной на почте неделю-другую, больная подождет.

Естественно, Анжела Бучирина жалуется. Жалуется ее адвокат, и ее мать тоже жалуется. На их жалобы руководство ГУ ФСИН отвечает уже с раздражением: на все однотипные заявления вам давались ответы по существу, если не прекратите жаловаться, переписка с вами будет прекращена. Но по существу ли на самом деле были те, прежние ответы? Если даже рук и ног зэчки Бучириной, покрытых «чещуей» псориаза, в упор никто не видел, до тех пор пока адвокат не сделал шокирующие фотографии и не натыкал в них пальцем – и лишь после этого прокуратура по надзору за соблюдением законности в местах лишения свободы отреагировала…

Круг выглядит так: больная зэчка жалуется – ее кое-как осматривают и назначают кое-какое лечение – зечка протестует, потому, что у нее аллергия на назначенные лекарства – ей ставят отметку «от лечения отказалась» – она снова жалуется – проверяющие читают бумаги, где сказано: «обследовали – лечение назначили – отказалась», и отказывают. Не вникая в суть жалоб. Не видя самого человека, а лишь читая лукавые бумаги. Отказать ведь проще, чем вникнуть и помочь, для отказа не надо напрягаться. А зэчка? Что ж, ведь колония не санаторий, никто и не обещал, что будет легко.

Но в Уголовном Кодексе РФ нет такой меры наказания, как медленная смертная казнь через неоказание медицинской помощи. Осужденных по закону лишают свободы, а по факту – нередко их лишают человеческого достоинства, здоровья и жизни. В бумагах при этом пишут, что все было законно и правильно. Например, в одной из старых «отписок» экс-начальника ГУ ФСИН по ПК генерала Завадского говорилось: «Согласно указанному постановлению [имеется в виду постановление правительства РФ № 54 от 06.02.2004 г. «О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью»] заболевания, имеющиеся у Бучириной А.В., входят в перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, но в настоящее время их степень тяжести не соответствует данному постановлению». Документ был датирован декабрем 2009 года. С тех пор прошло три с половиной года, состояние здоровья Бучириной серьезно ухудшилось, но, видимо, степень тяжести ее болезней по-прежнему недостаточна не то, что для освобождения, но и для обычного нормального лечения? Подобное, вероятно, писали о Василии Алексаняне, о Сергее Магницком, о Вере Трифоновой, о Викторе Наумове – куда менее известном сидельце, хотя еще задолго до «резонансных» Алексаняна, Магницкого и Трифоновой, Наумов умер в СИЗО-1 Владивостока в результате третьего по счету инфаркта…

Жизнь простого гражданина РФ мало ценится, жизнь осужденного или арестанта – и того меньше. И пока краевой Росздравнадзор, прокуратура и ГУ ФСИН по ПК вместе со своим общественным наблюдательным советом, будут смотреть только в бумаги, а не в глаза живым людям, гражданам России, все так и будет: приговоренные к лишению свободы так и будут лишаться здоровья, надежды и медленно, мучительно умирать. Без закона.

ФОТО