236 граммов, три месяца и 50 минут. Почта России никуда не торопится…

Посылка из США шла корреспонденту Saytoday во Владивосток три месяца. Отправили ее 25 апреля, надеясь, конечно, не успеть ко дню рождения получателя, но хотя бы не слишком опоздать. Наивный человек с американским паспортом!

День рождения давно минул, я уже успела свыкнуться с новым возрастом. И с тем, что обещанная посылочка от американского друга затерялась где-то на просторах вселенной. Объяснить человеку, что в нашем случае проще слать сверток в 263 грамма совиной почтой, ну в крайнем случае DCL, я, откровенно говоря, постеснялась. Как можно заявить кому-то, что у нас просто «Почта России» и потому он «должен»? Как вообще можно сказать, что «у нас же Россия – и поэтому…»?

«Почтовые гепарды» проявили чудеса скорости доставки, и 20 июля по адресу моей прописки пришло извещение. Но забрать посылочку, оказывается, тоже не так-то просто. Только наивные дети уверены, что можно «метнуться кабанчиком», быстро всё получить и скрыться в тумане.

Итак, пятница, 10:20. Почтовое отделение на Кутузова открылось в 10:00, но я в очереди девятая. Добрая почтовая фея Наташенька, оператор с густыми синими тенями на глазах (за что она себя так?!), никуда не торопится. Второе окно вообще закрыто. Причем, жалуются люди, очень давно…

Дамы в одеянии цветов леопарда и питона («бохато»!) молчат, смотрят в одну точку. Реакция: «Почему никому не весело? Я же пришла!» сменяется горьким осознанием: тут на самом деле никому не весело…

10:30. Играет какая-то радиоволна. Лучше бы это, конечно, не звучало в моем присутствии, но да ладно. Наушники поторопились сломаться еще вчера, поэтому я внимаю песням «Хоп-хэй-нананэй», «Один раз в год сады цветут» и вокальным экзерсисам Кольбаскова. Начинает болеть голова. Как они тут работают целыми днями? Заходит мужчина – смотрит по сторонам и выходит. Больше мы его не видим.

10:40. Очередь продвинулась человека на три. Успех! Обращаю внимание на ребрендинг почты. В отделении красиво и светло. На полу лежит плитка. На столах стоят два компьютера для посетителей (не «зачем», а это услуга такая: «выход в Интернет»). За стеклом продаются всякие безделушки и диски (не «зачем, в эпоху торрентов-то, да еще и на почте», а фильмы популярные смотреть чтобы!).

10:50. Почтовая фея Наташенька старательно выбивает чеки. Судя по звуку, как минимум на большом адронном коллайдере. Заходит седенькая старушка и спрашивает: «Девочка, ты крайняя?» Какая прелесть…

11:00. Но Наташенька медленно, но верно, добивает мою надежду успеть на работу к обеду осиновым колом. Чтобы отогнать стремительно наступающую безысходность, развлекаюсь, фотографируя окружающих и себя с почтовым извещением в зубах. Выкладываю в Facebook. Даже на эти «танцы с бубнами» (то есть с планшетником) всем наплевать. Сотрудники почты ничего не замечают – их вообще тут мало. Вот и славненько, потому что вообще-то в отделениях теперь запрещено фотографировать.

11:10. Старушка оказалась «троллем 80-го уровня»: «Что она там копается? В Находку, наверное, за посылкой пошла?» — ворчит бабушка. Уходя, владелица чарующего тембра «хриплого комара» Наташенька речитативом со скоростью 120 км/ч выпаливает: «Серия-номер-паспорта-дата-выдачи-сегодняшнее-число-подпись». И удаляется под дружный смех женщин, уже полчаса пытающихся отправить большую коробку. Атмосфера разряжается. Я понимаю, что шанс получить посылку ко дню рождения у меня есть. К следующему дню рождения…

Большинство клиентов отправляют или получают грузы. Оплачивать квитки на почте народ уже, к счастью, разучился – по возможности идет в куда более «user-friendly» Сбербанк. Только одна клиентка объясняет другой: «Я там по штрих-коду плачу, а тут вот штрих-кода нет». К своему стыду, молчу. Надо было, конечно, объяснить даме, что можно платить и без штрих-кода. Придется только вводить данные платежа, это чуть дольше. Но всё равно не час.

Женщина передо мной взвешивает большой ящик с вещами. 10 кг 160 г.

— Ну можно же? — в голосе женщины скользит угодничество.

— Выкладывайте что-то! Больше десяти не возьму! — в голосе щуплой Наташеньки появляются стальные нотки. Она тут царица. Или грозная медсестра психбольницы, как у Кена Кизи в «Над кукушкиным гнездом».

Тетенька вздыхает и выкладывает пакет с обувью. 10 кг 15 г.

— Нет. Больше десяти не возьму!

Тетенька выкладывает еще и куртку и, будто бы извиняясь, обращается ко мне:

— Самолетом лечу. Всё лучше, чем по 50 долларов за каждый килограмм платить.

Получается 9,5 кг. Она платит 900 с лишним рублей. Картонную коробку заматывают скотчем – ее ждет долгий путь. Куда более долгий, чем владелицу вещей.

По радио играет хит «За тебя калым отдам…» Я про себя подпеваю: «…Вы как будто бы с небес, так ускорьте же процесс!»

И вот – моя очередь… Я всё, конечно же, получаю быстрее остальных: заполнила извещение дома. Отказываюсь от вскрытия, где-то расписываюсь, обнимаю желтый сверток и скрываюсь в тумане, отталкиваясь пятками от грешной земли. Около 15 человек провожают меня жадными, полными восхищения зависти глазами.

За этот час я почти постигла дзен… Вот еще бы открыточку из Польши получить — ее мне в мае послали.

ФОТО