В погоне за крабовым деликатесом множится число потерь — финансовых, ресурсных и человеческих

Сезон крабового промысла в Дальневосточном бассейне приходится как раз на весну. Один за одним уходят краболовы сейчас в рейсы от 3 до 5 месяцев. Но как им выплыть из мутного моря противоречий между законом, алчностью и безопасностью?


По улицам краба носили, «как видно, напоказ». Так было во Владивостоке десятки лет назад. Подобной открытости в крабовой отрасли Приморья уже, видимо, не дождаться никогда.

Аукционы, квоты, водные биологические ресурсы, рыбопромысловые участки – все эти терминологические нюансы из «Закона о рыболовстве», похоже, лишь скрывают существо охоты за деликатесом, каким были и остаются все дальневосточные крабы.

В этой охоте с каждым годом множится число потерь – финансовых, ресурсных, и самое страшное, человеческих. Но прибыль неуклонно растет. И совсем незаметно для нашей экономики.

Виктор Ишаев, глава Минвостокразвития, как чиновник весьма и весьма информированный, сообщает открытые цифры: через российскую таможню выходит на экспорт деликатесной продукции на 1,5 миллиарда долларов меньше, чем входит через таможни Китая и Японии. «Мы продали меньше, а у нас китайцы, японцы купили больше», — говорит Ишаев.

Аукционные скандалы на крабовые квоты, которые привели к аресту главы Приморского территориального управления Росрыболовства — Александра Иванкова и увольнению директора департамента рыбного хозяйства администрации края Алексея Цымбала — верный показатель, что неладно все в крабовом королевстве.

Специалист по государственной инспекции рыбного флота Вениамин Ковалев напрямую связывает мутную воду «Закона о рыболовстве» с количеством морских катастроф.

Вениамин Ковалев, зам. начальника Дальгосрыбфлотинспекции (1980-е годы): «Здесь нужна структура по вопросам безопасности мореплавания, чтобы она не замыкалась на самих судовладельцах. Вневедомственная».


Судовладельцы не заинтересованы вкладывать средства в обновление флота, потому что аукционные истории также ставят их в условия, когда неизвестно, что будет завтра.

Сергей Сидоренко, вице-губернатор Приморского края: «В одночасье может произойти передел всех ресурсов, что настораживает рыбохозяйственные коллективы-компании и не дает планировать и проектировать работу на будущее».

И потому все происходит так, как происходит. Сиюминутно, на авось, лишь бы урвать да выжать все из людей и кораблей.

Владимир Ощенко, журналист: «Сейчас я на ваших глазах попытаюсь перевоплотиться в просоленного штормами рыбака и попробую устроиться на краболов».

 

По телефону:

— Здравствуйте, видел объявление по телевизору, что набираете механиков, рефмашинистов на краба.
— Да, конечно. Уходим на краба на этой неделе, СРТМ переделан под крабовик, уже 10 лет как, западнокамчатская зона, на 5-6 месяцев, собираем ребят срочно. Подносите документы, возьмем. Выход ориентировочно на этой неделе.
— О, как у вас все быстро.


«Закон о рыболовстве» уже дискредитировал себя, потому что он защищал не рыбака, а бизнес на рыбе, а рыбак, прячась от менеджерского покровительства, превратился и в браконьера, и в кровопийцу одновременно. Наш телефонный разговор мы записывали в понедельник утром, и на праздники можем уходить на краба. Такому промыслу, как сегодня на Дальнем Востоке, людей уже не хватает.