Николай Захаркин: "Я не выбрасывал детей из окна. Их могла сбить машина"

 

В среду в Московском окружном военном суде продолжилось слушание по делу Николая Захаркина. Капитан, обвиняемый в том, что он выбросил падчериц с восьмого этажа, озвучил свою версию происшедшего, — сообщает «Комсомольская правда».

Сначала дали показания свидетели со стороны защиты. Первым в зал вошел друг Захаркина Роман Загребельский.

— Мы с Николаем поехали в отпуск во Владивосток. Пошли в сауну. Там он и познакомился с Ириной Лапузиной. Николай сразу влюбился в нее. Ирина всячески хотела завлечь его. Она вообще оказалась девушкой легкого поведения, — без тени сомнения заявил свидетель.

— И как вы это поняли? — поинтересовался гособвинитель.

— Николай все время двойняшками занимался, кормил, гулял, забирал из школы. А Ирина часто где-то задерживалась. Однажды, когда я пришел к ним в гости, Ирина встретила меня полуголой — в майке и стрингах.

Затем суд заслушал показания бывшего сослуживца Захаркина Руслана Шахова.

— Я живу в соседнем доме. Часто гуляю с собакой. В тот вечер ничего подозрительного не слышал, ушел домой около часа ночи. Утром, когда узнал, что произошло, решил посмотреть на место падения детей. И удивился: земля там разве что не звенит — сильно утрамбована, даже трава не растет. Ближайшая ветка березы на уровне 7 этажа. Тут бы взрослый, падая, разбился, а девочки живыми остались…

После перерыва продолжился допрос обвиняемого. И тут Захаркин ошарашил. На вопрос, что же случилось той ночью, Николай вдруг выдал:

— Пока я спал, кто-то вынес девочек. А потом их сбила машина Синковца (коллега Лапузиной по работе, который был в ту ночь с Ириной — прим. авт.). Соседка же рассказала, что слышала, как Ирина кричала какому-то человеку: «Уйди от меня, я тебя ненавижу». Может, девочки стояли возле машины Синковца, и их мог сбить другой автомобиль, а дети упали на его машину. Даже есть потертости, — отстаивал свою правоту подсудимый.

Ирина только замотала головой.

— Не было ДТП. И кричала я на Захаркина! .

Судья, чтобы внести хоть какую-то ясность, принялся опрашивать подсудимого в стиле блиц-интервью.

— Правильно, что с 23 с чем-то часов до 1.13 вы спали?

— Да.

— До того, как лечь спать, когда последний раз вы видели девочек?

— В 22.30.

— Вы слышали за стеной их присутствие, какой-то шум?

— Нет.

— От чего вы проснулись?

— У меня был сон прерывистый. Периодически просыпался. Видел, что Ирины нет, набирал ее номер и снова засыпал. А потом услышал шум в коридоре. Ирина выбежала из детской, крича: «Побежали вниз!»

— В этот промежуток, когда спали, вы слышали, что в квартире был еще кто-то?

— Нет. Железная дверь «предбанника» была закрыта. Входная открыта.

— По вашей версии, кто-то при участии Лапузиной, вошел в квартиру и вынес девочек?

— Да, я это допускаю.

— Как объяснить, что соседка в 1.30 услышала, как что-то упало. Потом писки, визги…

— Я не могу этого объяснить.

— А почему Ирина сказала, что это вы выбросили девочек?

— Я не знаю, с каким умыслом она это сказала…

— Вы допускаете, что девочки могли сами выпасть?

— Да. Играли, залезли по лестнице — она всегда возле окна стоит…

— Вы не исключаете ни первую, ни вторую версию. Значит, вы не знаете, что случилось?

— Я много читал медицинской литературы. Характер травм девочек похож на те, что получают в ДТП. Травмы от падения с высоты должны быть сильнее. Детей могла сбить машина!..

В четверг в суде начнутся прения сторон.

 

Полезно знать!



Вместе с этой статьей читают: